Разведка

Высота Эребуса не достигает 4000 м, хотя на некоторых картах указывается, что он превосходит на 50 м эту отметку. Когда Филип Кайл, с которым я до той поры никогда не встречался, прислал мне приглашение присоединиться к группе новозеландских геологов, уже совершивших попытку спуститься в кратер и намеревавшихся повторить ее под моим руководством, мне и в голову не могло прийти, что подобная высота способна оказаться помехой. Средний альпинист, будучи в хорошей форме, чувствует себя абсолютно нормально на высоте 5, а то и 6 тыс. м. Более того, именно наверху он ощущает радостную легкость. Но вот, перечитывая рассказ о первовосхождении, я с удивлением обнаружил подробность, ускользнувшую от моего внимания при первом чтении тридцать с лишним лет назад: оказывается, полярники, молодые, крепкие и здоровые люди, страдали от горной болезни. Причем симптомы недомогания появились еще до того, как они поднялись на 3000 м... В отчете, составленном Шеклтоном на основании рассказов восходителей, и в записках некоторых из них упоминалось, что жертвами болезни стали двое - Маккей и Брокельхерст. Мне подумалось, что речь, возможно, идет об исключительном совпадении: оба полярника принадлежали к редкой (насколько мне известно) категории людей, не переносящих высоты. Однако Реймонд Пристли вспомнил в разговоре со мной, что при восхождении 1912 г. Дебенхем и Диккейсон не смогли добраться до вершины тоже из-за горной болезни...

Несколько месяцев спустя, когда настал торжественный миг и вертолет высадил меня недалеко от вершины Эребуса, проживший там в лагере уже несколько дней Филип Кайл сказал мне после приветствия: "Будьте осторожны! Не переутомляйтесь - иначе вы рискуете получить ОГБ". ОГБ - это острая горная болезнь; она начинается сильными головными болями, за которыми следует тошнота, рвота и, в случае непринятия мер, отек легких и мозга. Болезнь заканчивается смертью, если пострадавший не будет доставлен вовремя в больницу. На высоте 4000 м такой недуг представлялся мне "весьма маловероятным", о чем я и сказал Филу. Тот со сдержанной улыбкой, выдававшей отличное воспитание, возразил, что к сожалению, случаи 0ГБ имели место на Эребусе, в частности во время прошлогодней экспедиции их группы. Более того, насколько ему известно, двумя годами раньше она поразила одного из самых знаменитых итальянских альпинистов, Карло Маури, того самого, что в связке с другим итальянцем, Вальтером Бонатти, совершил первовосхождение на пик К-2 высотой 8620 м, вторую после Эвереста вершину мира.

Двадцативосьмилетний Фил Кайл, высокий худощавый брюнет с ярко-голубыми глазами, несмотря на свой молодой возраст, отличался солидной полнотой знаний и предельной научной добросовестностью, которую я успел оценить по нашей переписке и присланным мне публикациям об Эребусе. Его можно было с полным основанием назвать одним из лучших специалистов в мире по этому вулкану. Но утверждать, что альпинист масштаба Карло Маури заболел горной болезнью на высоте меньше 4000 м!.. Спустившись, я прочел в вахтенном журнале базы Скотт собственноручную запись Маури о его восхождении. Он с удивлением - было от чего! - описывал внезапный приступ тошноты и мучительных головных болей, которые ему с большим трудом удалось преодолеть...

Первое посещение продлилось всего несколько часов, возможно, поэтому я был избавлен от неприятных симптомов, так что восторг - иным словом нельзя передать мои чувства не был омрачен ничем. Фил взял на себя роль гида по антарктической достопримечательности, и в этом вряд ли кто-либо смог бы составить ему конкуренцию.

Мы вышли из лагеря, поставленного новозеландцами на широкой террасе у подножия вершинного конуса с его северной стороны. Хотя склон был не слишком крут, я тут же ощутил, что на этой широте высота 3800 м с физиологической точки зрения соответствует куда большей высоте в других местах: у меня тут же началась одышка. Вскоре мне пришлось не только отказаться от подъема по прямой и двинуться в обход, но и серьезно умерить темп. Филип, кстати, посоветовал так поступить: до полной акклиматизации следовало избегать переутомления. Я охотно воспользовался этой идеей; при медленном подъеме можно было получше оглядеть окружавшую нас фантастическую картину.

С правой стороны, километрах в 25 к северу над убегавшими из-под ног склонами Эребуса возвышался широкий приземистый купол горы Бэрд. Это один из трех вулканов, что зовутся на нашем профессиональном жаргоне щитовыми; действительно, их круглая или эллиптическая форма напоминает щит, положенный на землю выпуклой стороной наружу. Морфологическая правильность конуса притягивала взор. Вулканы данного типа обычно сложены наслоениями пород, которые в момент излияния представляли собой очень жидкие базальты, текущие почти столь же свободно, как вода; этим объясняется пологость склонов. Черная лава выступает здесь только на побережье, где покрывающая купол искристая ледяная шапка более чем стометровой толщины внезапно обрывается, словно отрезанная ножом. Даже отсюда, с большого расстояния, этот крутой обрыв производил сильное впечатление. За исключением темной базальтовой оторочки, глазу не на чем было задержаться, все тонуло в безбрежной белизне. Ледяной панцирь горы Бэрд плавно переходил в шельфовый ледник, видный с четырехкилометровой высоты далеко-далеко.

На площади в десятки тысяч квадратных километров угадывались лишь два вздутия - островок Бофора, тоже в белой кольчуге, и совсем уже на горизонте - остров Франклина.

Мы двигались мелкими шажками. Метров через 300 повернули влево и снова побрели по диагонали вверх. Мир, открывшийся в западном направлении, тоже был ледяной, но несколько иного вида. Позади шельфового ледника Мак-Мердо почти вровень с нами поднималась цепь Трансантарктических гор, от самой близкой вершины нас отделяли 100 км. Выглядели эти горы потрясающе - в оригинальном значении слова, то есть вызывали дрожь. Знакомый с альпинизмом не понаслышке, я живо представил, каково было карабкаться через такую преграду. Даже подъем на казавшиеся отлогими огромные ледники, выползавшие из широких цирков, проходил мучительно, я знал это по рассказам Скотта, Амундсена, Шеклтона, Пристли, Дейвида. То, что с нашей вершины можно было принять за гладкое снежное поле, на самом деле являлось хаотическим переплетением трещин и сераков. Альпийские ледники Шамони и даже гигантские ледовые языки, восхищавшие меня на Аляске, не выдерживают никакого сравнения с увиденным здесь.

Около часа ушло у нас на подъем к краю кратера, хотя он находился всего в 200 м по прямой над лагерем. Я не проявлял особой прыти, а Филип, как и подобает заботливому хозяину, не торопил меня... Видимо, благодаря этому я оставался в хорошей форме - ни малейших признаков головной боли, усталости или тошноты. Только одышка - словно я шагал на высоте больше 6000 м. Но это ерунда. Ничто в мире не смогло бы нарушить ощущения счастья, заполнившего меня без остатка, никакая физиология! Для шестерых первовосходителей подъем на вершинный конус Эребуса, куда они добрались на пятый день, представлял, по словам Шеклтона, "медленную муку, ибо высота и холод немилосердно затрудняли дыхание".

К сожалению, сейчас кратер был полон дыма, так что оставался виден лишь верхний край стенки из скальной породы и льда, круто обрывавшейся вниз, в бездну, откуда поднимались сероватые клубы - мрачные вестники грозных процессов, происходивших в земных глубинах. В этом месте край кратера был узкий и заточен почти как острие топора; с внешней стороны склон уходил под углом 35o. Мы двинулись в обход кратера на восток, где Фил наблюдал интенсивную эруптивную активность. Я смутно надеялся, что серные вихри в той стороне чуть отклонятся и позволят взглянуть хотя бы краешком глаза на дно кратера.

На пути возвышались несколько ледяных башен высотой по 3-4 м каждая. Обходить их следовало с осторожностью; из книг наших предшественников я уже знал, что эти башни мороз сооружает из фумарольных водяных паров - те застывают сразу же по выходе на поверхность. Таким образом башни вырастали над трещинами. Приближаясь к ним и особенно пытаясь забраться на эти причудливые статуи, нельзя забывать, что внутри они полые и представляют немалую опасность. Мне особенно запомнился рассказ Шеклтона о том, как Маккей и Маршалл провалились - к счастью, по колено - в один из этих скрытых желобов.

С восточной стороны внутренние стенки кратера были столь же отвесны, как и в остальных частях, зато внешний склон оказался гораздо положе, и ходьба по нему доставляла удовольствие. Ландшафт постепенно менялся, вскоре показалась восточная половина острова Росса. Гора Терра-Нова выглядела отсюда приплюснутой "шишкой" у подножия Эребуса. С большим интересом я устремил взор на соседнюю гору - Террор. Полностью покрытый ледниками, этот вулкан числится во всех справочниках потухшим. Мне, однако, он представляется лишь уснувшим, в равной мере как и Бэрд, просматривавшийся отсюда в совершенно новом ракурсе. 17 июня 1908 г. Дейвид и Пристли наблюдали на его южных склонах извержение на высоте около 600 м. Джон Мюррей оставил описание непродолжительного, но очень мощного извержения, происшедшего 8 сентября того же года на перевале, отделяющем Бэрд от Эребуса: "Колоссальная струя пара ударила оттуда на высоту, по меньшей мере дважды превосходившую высоту Эребуса. Несмотря на сильную пургу, дувшую в это время, напор струи был столь могуч, что она держалась совершенно вертикально". Странно, что никто не вспомнил об этих наблюдениях и ничтоже сумняшеся зачислил Бэрд в разряд потухших вулканов...

Первое посещение вершины Эребуса отложилось в памяти как очень краткий эпизод - час, от силы два. Между тем запись в дневнике напоминает, что мы провели там почти двадцать три часа. Подобное сгущение психологического времени по сравнению с истинным объясняется охватившей меня наверху эйфорией. Этому способствовало все - пронзительная красота ландшафтов, особая прозрачность воздуха, встречающаяся только возле полюсов планеты, яркий свет высоких широт, казалось, ты ухватил наконец жар-птицу, за которой охотился чуть ли не всю жизнь. Нам предстояла нелегкая, но плодотворная работа - первый спуск в антарктический кратер! Люди, с которыми я познакомился на базе Скотт и здесь, в лагере, оказались на редкость симпатичными. По завершении разведки нас с Филом ожидает вкусный обед и теплый спальный мешок из легчайшего пуха... Чего еще можно требовать от жизни! Даже остроту одиночества, и ту мне удалось пережить у кратера (Фил ушел назад первым).

Да, лишь одиночество позволяет до конца ощутить всю полноту бытия. Счастье от сознания свалившейся на меня удачи рвалось наружу, и его приходилось сдерживать чуть ли не под уздцы. Вдвоем, даже с самым приятным человеком, невозможно почувствовать слияния внутреннего мира с внешним, эту гармонию надо слушать в одиночку. Не случайно все великие религии зародились в пустынях. Человек, шагающий в хрустально звенящем воздухе по морозу, грозящему в любой миг обратиться в лютого врага, возле кратера легендарного Эребуса, на расстоянии почти прямой видимости от Южного полюса - он угадывается совсем рядом, за горизонтом, - под солнцем, висящим в полночь высоко над головой в бирюзовом небе, переживает необыкновенный душевный взлет. Такое остается на всю жизнь.

Рекогносцировка внесла ясность. Осмотрев стенки кратера, я убедился, что спуск вполне осуществим: крутизна была даже меньше, чем в кратере Ньирагонго, и это компенсировало дополнительные трудности, связанные с холодом. К сожалению, не удалось заметить особых признаков активности, хотя кое-какие шумы я уловил, в частности хриплые выдох вырывающихся под давлением газов и редкие, слабые взрывы. Кайл сказал, что в прошлом году геологи заметили в жерле багровы пятна расплава. От него же я узнал, что за две недели, проведенные в лагере на склоне вулкана, - с конца декабря 1972 по начало января 1973г., новозеландцы зафиксировали в общей сложности почти три десятка взрывов, причем за каждым следовал шумный газовый выброс продолжительностью от 1 до 6 с.

В целом, с точки зрения риска вулканическую активность следовало считать вполне приемлемой. Потенциальную опасность представляла собой сила взрывов, однако, судя по звуку, их можно было не учитывать в качестве фактора риска. Тем не менее перед спуском в кратер надлежало провести ряд серьезных наблюдений. Я не мог полагаться только на оценки Кайла и его спутников. Во-первых, они наблюдали за Эребусом год назад, а в жизни действующего вулкана год - это большой срок. Во-вторых, их опыт оценки эруптических проявлений был недостаточен. Руководителю полагалось иметь о них собственное представление.

 


Рейтинг@Mail.ru

 

По всему миру звонки, альфа гамма дельта телефоны, делать вам позволят.. Автомобили с пробегом, выкуп авто. Автомобили с пробегом и выкуп авто.. Чартерные авиаперевозки: грузовые авиаперевозки. Срочная курьерская доставка TEREX.. Прокат автомобилей рено узнать. Прокат автомобилей - стоимость на прокат автомобилей.. Диалоги о рыбалке 1 1999 (VHS) (весенняя. Купить Диалоги о рыбалке. Ужение хищника.

вулкан

вулкан

вулкан

вулкан

вулкан

© Ширшов Александр 2007. При копировании обязательна прямая ссылка на Мир вулканов и автора.